| о мертвом гусаре замолвите слово |
[Sep. 21st, 2009|01:33 am] |
Розенкранц и Гильденстерн мертвы.
Вы часто думаете о смерти? Я нет. Чаще думаю о том, как о ней думают. Мне вообще интересно как думают люди, не что думают, хотя и это тоже, но именно как. Чаще всего о смерти размышляют, пытаясь представить определенную точку, границу, за которой больше нет чего-то, я бы сказал, удовольствия, хотя может не быть чего угодно. А может ли смерть быть не точкой, а, например, длительностью? В чем она может продолжаться?
По-моему есть только одно достаточное подтверждение смерти - труп. Смерть - пустая абстракция, труп - непреодолимая действительность, отрицание жизни, от которого нельзя уклониться. Отрицание, настолько сильно подтверждающее жизнь, что наши представления и фантазии о ней начинают трещать по швам.
Что значит, что Розенкранц и Гильденстерн мертвы? Почему вдруг мертвы? Ответ очевиден. Разве мы не знаем сюжета Гамлета? Они мертвы. Пьеса работает по тем же законам, что и фантазия. Будущее вторгается в прошлое, делая тигриный прыжок в противоход линии времени. Откуда приходит любовь? Из будущего. В настоящем только прыжок, головокружительное предчувствие, обещание, которое непременно сбудется.
Розенкранц и Гильденстерн мертвы. Они бросают монетку. Какова вероятность, что выпадет решка? 50/50. Сколько решек может выпасть подряд? Сколько угодно. Каждый новый бросок это все те же 50/50. 90 решек подряд, выпасть не может, проверьте сами, в жизни так не бывает. Но ведь Розенкранц и Гильденстерн мертвы. Смерть - это, прежде всего, смерть вероятностей. В пьесе не может быть "или", вероятность бывает в сценарии, на репетиции, где угодно, но только не в пьесе. Розенкранц и Гильденстерн с самого начала знают, что произойдет, но пьеса - это движение от конца к началу. Они забыли, кто они, как здесь оказались и что им нужно делать, они даже не помнят кто из них кто, ведь у мертвых нет памяти. Если бы они помнили, разве согласились бы дойти до конца?
Что делать актерам забывшим, что они должны играть? Вспоминать. Может поэтому они встречают бродячий театр? Пожалуй, в самой безнадежной точке. Неожиданно, без предисловий. Театр, по большому счету, всегда неожиданность, так же как публика - всегда случайность. Но театр без зрителя мертв. А этот похоже на самом деле театр мертвецов и у него появилось целых два мертвых зрителя, ирония и находка. Что может дать им театр? Только "самое лучшее", ведь другого нет. Но какому нормальному зрителю, пускай даже мертвому, нужен мертвый театр?
Поэтому им нужна их пьеса. Розенкранц и Гильденстерн мертвы. Пьеса нужна, чтобы жить, насколько бы чужими они в ней не оказались. А дальше мучительное рождение, вплоть до самой смерти. Но рождаясь в каждой новой сцене Розенкранц и Гильденстерн мертвы. Здесь нет обмана. Не стоит считать, что это жизнь, театр не рассказывает о жизни, есть она там или все мертвы я не знаю, но то, как Розенкранц и Гильденстерн мертвы, определенно заставляет меня думать. |
|
|
| внезапнообразовательное |
[Sep. 2nd, 2009|12:13 am] |
Одна московская газета в приступе смелости лягнула кого-то, кого не стоило лягать (то ли Путина, то ли Лужкова) и приготовилась благообразно встретить конец. То есть сотрудники надели костюмы и придали лицам соответствующие костюмам выражения. И тут, в нарушение всех законов трагедии, является противопожарная инспекция.
— Где ведро? Где топор? Где огнетушитель?
— Возьмите $100 и подите прочь, — отвечает газетное начальство. — Не до вас.
— Где план эвакуации? — спрашивает инспекция, игнорируя $100. — Где песок?
И газетное начальство медленно осознает, что смерть явилась не в капюшоне и с косой, как ожидали, а в форме противопожарной инспекции.
http://www.polit.ru/analytics/2008/10/27/crisis01.html местами оч. занимательно... причем, нашлось в посте про школу, который нашелся в яндексе, когда искал "Освобождение от школ" Иллича, почитав пост mi3cha про школу. офигеть, куда можно забрести за пару минут. кстати, Иллич в итоге нашелся, можно и скачать и просто почитать.
|
|
|
| Очевидное и невероятное |
[Sep. 1st, 2009|12:41 am] |
Блондинка участвует в интеллектуальной игре.
Первый вопрос: сколько лет длилась Столетняя война?
а) 116; б) 99; в) 100; г) 150.
Блондинка пропускает вопрос.
Второй вопрос: в какой стране изобрели панамы?
а) Бразилия; б) Чили; в) Панама; г) Эквадор.
Блондинка просит помощи у студентов.
Третий вопрос: в каком месяце отмечается годовщина Октябрьской революции?
а) январь; б) сентябрь; в) октябрь; г) ноябрь.
Блондинка просит помощи у зала.
Четвертый вопрос: как зовут короля Георга Шестого?
а) Альберт; б) Георг; в) Мануэль.
Блондинка достает гадальные карты.
Пятый вопрос: от какого животного происходит название Канарских островов?
а) канарейка; б) кенгуру; в) тюлень; г) крыса.
Блондинка выходит из игры.
Правильные ответы: 1) Столетняя война длилась 116 лет: с 1337 по 1453 год; 2) панамы изобрели в Эквадоре; 3) годовщина Октябрьской революции отмечается в ноябре; 4) имя короля Георга VI — Альберт. Он поменял его в 1936 году; 5) название Канарских островов происходит от тюленя (от лат. Insukaria Canaria — «остров тюленей»).
вспомнилось "забудьте про логику" (из выступления ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=92.2) mi3ch 'а около входа в галерею на Солянке)
|
|
|
| энтомологическое |
[Aug. 22nd, 2009|10:32 pm] |
часто думаю, зачем снимают фотографии?... наверное, для вот этих странных мурашек: мурашки
|
|
|
| melhores amigos |
[Aug. 2nd, 2009|07:07 pm] |
|
если бы у вас было два патрона, на что бы вы их потратили? |
|
|
| Литерцы |
[May. 13th, 2009|12:31 am] |
Рядом со мной проживали суровые семьи трудящихся. Бог отказал этим людям в приветливости, которая все-таки украшает жизнь. Они угрюмо сцепились в страстно-потребительскую ассоциацию, обрывали причитающиеся им дни по стригущей талонной системе и улыбались, как будто произносили слово «повидло».
Такое ощущение, что Мандельштам не пишет, а как шеф-повар готовит слова, настолько они получаются ароматными и свежими, такими настоящими, что в них хочется впиться зубами. Похоже, он сам пробует слова на вкус «Только стихов виноградное мясо / Мне освежило случайно язык...», а еще задевает и ранит, как вообще-то и должен поэт.
|
|
|
| Just brief |
[May. 5th, 2009|09:24 pm] |
|
Три номера Forbes, разложенные под задним стеклом шелушащейся бортами «девятки». По-моему неплохой ответ на вопрос, тревожащий молодых рекламщиков и маркетологов. Попадание в целевую аудиторию действительно помогает продать больше… рекламных площадей, а affinity – это подходят кит и бриф друг другу или не очень. |
|
|
| Оптимистичный сценарий |
[Mar. 2nd, 2009|11:01 pm] |
Если бы я снимал фильм-катастрофу, в нем была бы сцена, где ярмарка меда в Манеже обрушивается в экспозицию на нижнем этаже. Это было бы вторжение повседневности в искусство, брутальное и неотвратимое в своей непосредственности. Фото-арт, залитый медом, уцелевшие продавцы, пытающиеся спасти остатки товара, раздробленный в пыль багет. Из-под обломков, где смешалась губка сот и ландшафты, льды с чернильными пятнами людей и парашюты клеенчатых скатертей, извлекали бы оцепеневших от стресса посетителей выставки и ушибленный контингент упавшей ярмарки. А посредине этого разворошенного муравейника - гордо стоящий, не тронутый техногенной стихией, промо-автомобиль.
Но так как фильмы-катастрофы я пока не снимаю, то в Манеже открылась отличная выставка фотографа Сергея Бурасовского, а тем, кто не боится, что в него будут пытаться ткнуть палочкой с медом, можно зайти и на ярмарку. Два больших дела. Кроме шуток. |
|
|
| Я тебя люблю |
[Feb. 21st, 2009|01:20 pm] |
- Ты его любишь?
- Не знаю.
- Какой-то детский сад...
- Правда не знаю, чем больше живешь вместе, тем труднее разобраться.
- Ну, а в начале?
- В начале еще ничего не понятно.
- Да ладно, все же сразу видно.
- Это потом понятно, что видно, а тогда не смотришь.
- И это та, которая хочет все по-умному, и всем советует как правильно.
- Какой там ум? Повстречаться-поцеловаться, сходить куда-нибудь... Может через неделю уже и смотреть друг на друга не захочется.
- Но захотелось же. Это получается уже 6 лет...
- 6 лет. Как вообще так получилось? Непонятно.
- Так ведь все хорошо. И быт нормальный, не перенапрягаешься, и все остальное.
- Да, так хорошо, что хочется на стенку лезть.
- Может ПМС?
- Нет, еще рано ) Отчего же так на душе тяжело? Мерзко все. Глупо. Не надо было звать Лешу. Какая же я все таки сучка. Хорошо, хоть консьержка не спалила.
Она собрала волосы и, положив гребешок около зеркала, внимательно посмотрела на свое отражение. Заглянув по дороге проверить как запекается рыба, она подошла к молодому человеку, передвигающему на экране маленьких человечков, и нежно обняла его сзади за шею. "Плюшевый, как твои дела?" |
|
|
| Точка |
[Feb. 4th, 2009|11:01 pm] |
Мишка любил. Во всяком случае, так думала девочка, которой его подарили просто так. Мишка не возражал. Зато она любила фотографировать его и, распечатав фото на плотной чуть желтоватой бумаге, клеить марки на обратную сторону и писать какие-то слова, чтобы получалась открытка. Она считала, что у каждого друга должна быть настоящая открытка, хотя бы одна, но непременно настоящая. Такая, которой нет ни у кого другого, в которой чувствуется старательный мягкий нажим ее маленькой руки, выводящей такие же тщательные и нежные слова. Несмотря на сходство фотографий между собой (на всех был мишка, снятый в ее комнате в похожем ракурсе), каждая из них совершенно отдельно говорила о единственном мишке, который есть именно у этой девочки. Фотография изображала мишку-как-раз-перед-тем-как-будет-написана-открытка. В этом было что-то очень приватное, но то особенно личное, что становилось таким благодаря возможности рассказать об этом близкому человеку.
И вот однажды друг девочки прислал ей запечатанный конверт. Друзья часто писали ей или присылали подарки, но в этом было что-то особенное. В конверте лежала фотография его пениса. Это, видимо, было самое дорогое и интимное из всего, что он смог найти в копилке своего, пока что короткого, эмоционального опыта. В тексте он писал, что готов для нее на все, что хочет делиться с ней всем и всегда, но для девочки это был прежде всего знак. Пока очень тихо, но вместе с тем абсолютно уверенно говорящий о неизбежном окончании какого-то важного периода ее жизни. Вторжение в то, с чем она пока еще не хотела расставаться. Девочка знала, что мишке предстоит войти в социум, перестать быть ее идеальным объектом, сколь бы мучительным для нее это не было. Она долго не решалась, потом достала из пачки, лежавшей на столе, фломастер, нарисовала мишке почти идеально круглый маленький анус и взяла в руки фотоаппарат… |
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| [ |
go |
| |
earlier |
] |
| |
|
|
